Межконтинентальная баллистическая ракета. Правительство и ЦК КПСС 20 мая 1954 г. издали совместное постановление, которое предусматривало создание баллистической межконтинентальной ракеты высокой дальности. Работы по конструированию и отработке были поручены Центральному конструкторскому бюро под руководством С. П. Королева. Руководителю этого бюро были предоставлены широкие возможности. В ходе создания ракеты он мог привлечь специалистов и конструкторов всех необходимых отраслей промышленности. Также в его распоряжение предоставлялись любые требуемые материальные ресурсы. Для обработки тактико–технических характеристик уже сконструированной ракеты был создан даже новый полигон – Байконур. Действительно, для испытания этой ракеты требовался принципиально новый полигон, поскольку в ходе испытаний нужно было произвести следующие процессы: запуск искусственных спутников Земли, выполнение разнообразных научно–исследовательских работ и работ экспериментальных. С 1957 г. приступили к испытаниям ракеты. С целью проведения испытаний в апреле 1957 г. был разработан принципиально новый стартовый комплекс. Первый старт этой ракеты не оставил равнодушным никого, включая Главного конструктора систем ракеты и стартового комплекса. Также в назначенное время на полигон прибыли и все заинтересованные руководители программы и ряда других отечественных организаций. Но, увы, когда объявили команду на запуск двигательной установки, в тот же момент возник пожар в хвостовом отсеке, расположенном в одном из боковых блоков. Так всеобщие надежды на успех назначенного мероприятия пошли прахом, поскольку разработанная ракета, на которую были возложены такие ожидания и надежды, взорвалась. Следующий запуск был перенесен на 11 июня 1957 г. Но и он так и не осуществился, причиной этому послужили неисправности, возникшие в двигателях центрального блока. Чтобы устранить все возможные недочеты и погрешности, конструкторам во главе с Д. Козловым пришлось посвятить целый месяц напряженной и кропотливой работы устранению возникших во время запуска неполадок и неполадок, выявленных во время тщательного исследования ракеты. Усилия оправдали себя, поскольку через месяц, а точнее 12 июля, ракета все–таки успешно стартовала. Казалось бы, ракета наконец оправдала все ожидания правительства, но спустя несколько секунд с того момента, как ракета стартовала, она начала стремительно отклоняться от назначенной траектории полета. В конце концов и эту ракету также пришлось взорвать. По проведенным расследованиям были установлены причины возникших неполадок – нарушение управления ракетой по каналам вращения и тангажа, продолжительностью всего 32 с. Как показали первые проведенные испытания, устройство Р–7 обладает большим количеством серьезных недостатков. К примеру, при подробном изучении данных телеметрии было обнаружено, что во время опорожнения баков, заполненных горючим, в расходных магистралях появлялись колебания давления. Возникновение этих колебаний способствовали непосредственному повышению динамических нагрузок. А это, в конце концов, являлось основной причиной разрушения конструкции в целом. Но все–таки труды и старания конструкторов и специалистов не оказались напрасными. Терпением и самоотверженностью эти люди достигли желаемого результата. 21 августа 1957 г. ракета успешно стартовала, а также успешно выполнила назначенный план полета, не отступая от заданной траектории полета. А спустя 6 дней советские газеты на весь мир объявили о проведенном успешном испытании в СССР баллистической межконтинентальной многоступенчатой ракеты Р–7. Безусловно, такое громогласное заявление никак не могло остаться неуслышанным. А уже 4 октября в СССР стартовал первый ИСЗ. Осуществлению этого проекта непосредственно способствовали ракеты Р–7. Происшедшие события стали всемирной сенсацией. Как известно из личных записей американского президента, запуск русскими искусственного спутника Земли произвел в США такой масштабный фурор, настолько ошеломил американцев, что они «еще в течение недели не могли ни разговаривать друг с другом, ни принимать решения». Но не все так гладко, как кажется на первый взгляд. Испытатели и конструкторы нашумевшей межконтинентальной ракеты Р–7 обнаружили новые погрешности в работе ракеты. Ко времени обратного входа в атмосферу (а точнее, в ее плотные слои) боевой блок набирал невероятную высоту – несколько сотен км. К тому же использовался моноблок округлой формы, разработанный для баллистических ракет средней дальности. Эта особенность устройства вызывала быстрое сгорание моноблока. Но конструкторам удалось успешно разрешить и эту проблему. Затем основным стал вопрос о создании модифицированной ракеты, наделенной улучшенными и усовершенствованными тактико–технологическими характеристиками. Р–7 представляет собой двухступенчатую ракету, произведенную по «пакетной» схеме. Первая ступень ракеты вмещала в себя 4 боковых блока, длина каждого из которых составляла 19 м, а наибольший возможный диаметр – 3 м. Блоки были размещены симметрично и окружали центральный блок. Центральный блок был расположен уже на второй ступени ракеты. Он соединялся с боковыми блоками при помощи верхнего и нижнего поясов силовой связи. Все блоки были идентичны по конструкции. Она состояла из топливных баков, силового кольца, опорного конуса, двигательной установки и хвостового отсека. Насосную подачу компонентов отлива обеспечивала работа ЖРД РД–107, располагаемая на каждой ступени. ЖРД РД–107 изготавливался по открытой схеме и был снабжен шестью камерами сгорания, две из которых выполняли функции рулевых камер. ЖРД способствовал развитию тяги, достигающей 78 т у земли. В состав центрального блока ракеты входили приборный отсек, силовое кольцо, баки для горючего и для окислителя, четыре рулевых агрегата, хвостовой отсек и маршевый двигатель. На второй ступени ракеты располагался ЖРД РД–108, аналогичный ЖРД РД–107, установленному на первой ступени. Единственным их отличием является, пожалуй, только большее число рулевых, входящих в состав РД–108. ЖРД РД–108 обладал возможностью развивать тягу, достигающую у земли 71 т, работа его была более продолжительной, что выгодно отличало его от боковых блоков. Для заправки абсолютно всех двигателей, входящих в состав ракеты, применялось двухкомпонентное топливо. Топливо составляли: окислитель, представленный охлажденным жидким кислородом; горючее, представленное керосином Т–1. Поддержанию работы автоматики двигателей ракеты способствовали перекись водорода и жидкий азот. Автоматические системы регулирования режимов работы двигателей входили в состав и ракеты и исполняли свою непосредственную функцию – обеспечивали достижение той дальности полета, которая в данной ситуации была необходима. Ракету оснастили системой одновременного опорожнения баков, чьей функцией являлось сохранение гарантированного запаса топлива, а также сокращение объема используемого топлива. Каждая из 32 камер сгорания была снабжена специальными пирозажигательными устройствами. Эти устройства должны были гарантировать запуск всех двигателей в момент старта ракеты с Земли. Также великолепным качеством отличались маршевые ЖРД–ракеты, которые выгодно выделялись не только своими массовыми и энергетическими характеристиками, но вдобавок обладали высокой надежностью. Маршевые ЖРД заслуженно получили статус выдающегося, технически опережающего свое время достижения в области ракетного кораблестроения. В состав ракеты также была включена комбинированная система управления, снабженная в свою очередь автономной подсистемой. Автономная подсистема гарантировала угловую стабилизацию, а также стабилизацию центра масс, располагаемых на активном участке траектории. Система управления включала в себя и радиотехническую подсистему, непосредственной функцией которой являлась коррекция бокового движения масс, располагаемых в конце активного участка траектории, и впоследствии объявление команды на выключение двигателей. Эти процессы способствовали повышению точности стрельбы. Система управления снабжалась и исполнительными органами, которые были представлены поворотными камерами рулевых двигателей и воздушными рулями. Ракета оснащалась двумя пунктами управления, что обеспечивало реализацию алгоритмов радиокоррекции. Баллистическая ракета включала в свой состав и моноблочную термоядерную головную часть, которая обладала высокой мощностью в 3 Мт. Располагалась головная часть в приборном отсеке центрального блока, а если быть более точным, размещалась она там при помощи специального крепления – пирозамка. Головная часть обладала замечательными характеристиками, которые обеспечивали попадание и поражение крупной площадной цели. Причем не столь важно, каким будет взрыв – воздушным ядерным или же наземным ядерным. Ракеты Р–7 базировались на предназначенной исключительно для этого вида ракет боевой стартовой станции, расположенной в городе Плесецке. При необходимости перевозки ракету переправляли на железнодорожном транспортном лафете. Причем перемещаться она должна была уже установленной на специальном достаточно массивном пусковом устройстве. А уже после доставки процесс предстартовой подготовки занимал никак не более 2 ч. Долгожданный ракетный комплекс был уязвим, очень дорог в производстве, весьма сложен в эксплуатации, громоздок. И заправленная ракета могла храниться без происшествий не более 30 суток. К тому же на обеспечение кислородом ракет требовалась напряженная деятельность целого завода. Налицо были многочисленные погрешности и недостатки комплекса. К примеру, точность его стрельбы нельзя было назвать идеальной, да и боеготовность оставляла желать лучшего. Следовательно, баллистическая межконтинентальная ракета подобного устройства не подходила для массового производства и использования. Была также создана и модифицированная модель ракеты, именуемая Р–7А. Вторая ступень этой ракеты несколько превосходила размерами вторую ступень ракеты Р–7. Но это небольшое изменение способствовало увеличению дальности стрельбы на целых 500 км. Также ракета имела обновленную головную часть и систему управления, чье устройство заметно упростилось. Но и эти перемены не способствовали существенно улучшению боевых и эксплуатационных характеристик. Увы, Р–7А, так же как и Р–7, не отвечала необходимым требованиям, по этой причине ни сама Р–7, ни ее модифицированная и доработанная модель не могли быть выпущены в широкое производство и массовое применение. Уже к концу 1968 г. Р–7 и Р–7А были сняты с вооружения, но тем не менее эти баллистические межконтинентальные ракеты и по сей день занимают место в истории развития советской космонавтики.