Русский изобретатель–самоучка Петровской эпохи, создавший почти триста лет назад «потаенное огненное судно» – прообраз современных субмарин.

Ефим Никонов происходил из семьи крепостных крестьян села Покровское–Рубцово, входившего в Московский уезд.

С началом петровских преобразований стране потребовалось много умелых рук для строительства Петербурга, военно–морского флота, металлургических и оружейных заводов.

В 1700 г. царь–реформатор, стремясь обеспечить России выход к Балтийскому морю, вступил в войну со Швецией, продолжавшуюся 21 год.

Ефим Никонов вряд ли избежал бы солдатской службы, но его, как толкового плотника, взяли на верфи, расположенные на реках Сясь и Свирь. Здесь, на строительстве кораблей для Балтийского флота, и зародилась у мастера мечта создать «потаенное огненное судно», которое могло бы скрытно, под водой, подплывать к кораблям противника и топить их. Ефим изготовил несколько маленьких моделей «Нептуновой лодки», но все попытки познакомить с ними других корабелов заканчивались неудачно.

Никонов понимал, что без покровительства на самом высоком уровне ему не осуществить свою мечту. Дважды мастер писал царю челобитную, в которой прямо говорил, что может построить потаенное судно, способное «подбить под самое дно военный корабль».

Мастера вызвали в Петербург для конфиденциальной беседы с царем. После этой встречи Петр дал указание Адмиралтейств–коллегии содействовать изобретению. Спустя четыре месяца, в июне 1720 г., Никонов построил модель «потаенного судна» и произвел испытание своего детища в присутствии царя. «Потаенное судно» напоминало удлиненную бочку, обшивку которой туго скрепляли медные обручи. Никонов несколько раз погружался на своем корабле в воду и всплывал, что вызвало восхищение Петра.

Теперь изобретателю поставили задачу построить «потаенное огненное судно большого корпуса».

К концу 1720 г. судно было готово к спуску. За проводимыми работами следил главный распорядитель судостроения Ф. М. Апраксин, докладывавший Петру о ходе дела.

Плавательный аппарат при спуске на воду получил повреждения, и о проведении испытаний не могло быть и речи. Царь распорядился отремонтировать корабль и провести намеченные испытания.

Работы по доводке подводного корабля затянулись. И совсем плохо пошли дела у Никонова после того, как 28 января 1725 г. скончался его августейший покровитель.

Весной 1725 г. судно наконец было спущено в Неву, однако из–за длительной остановки работ оно рассохлось и пропускало воду. Со смертью царя–реформатора интерес чиновников к Никонову и его детищу угас. В 1728 г. Е. Никонов был лишен звания корабельного мастера, разжалован в рядовые работники и сослан на астраханскую верфь. Дальнейшая судьба корабела–самоучки неизвестна.